Saturday, October 6, 2007

Russian Jesus Christ Superstar

Andrew Lloyd Webber’s and Tim Rice’s Jesus Christ Superstar (JCS) is probably the most famous example of rock-opera. When it appeared in the beginning of the seventies, the legendary English musical left an enormous impact everywhere. It was made into a movie, played at theaters all over the world and was quickly translated into foreign languages: among the first were versions in Swedish (1973) and Spanish (1975). The last translation was probably the Italian one, which appeared only in 2006. The Russians also did not avoid this tradition: there are at least five Russian translations, three of which were destined for the stage and/or for records.

The history of the reception of JCS in USSR differs from the West first of all for purely political reasons: in the “country of triumphant communism” the musical subject itself (the last days of the founder of Christianity) did not blend too well with official ideology. On the Eastern side of the iron curtain people did not understand the English rock-opera's polemic approach to the official Christian religion (the Catholic church disapproved of JCS, though later there was a kind of “rehabilitation”); in the USSR the mere connection to religion was already something “alternative”. Therefore, JCS in USSR collided with Party ideology for two reasons: as a rock-opera and as a work connected with religion. The Soviet rock environment, however, enthusiastically welcomed the rock opera, both because of the innovative music and the non conformist subject. The first group to perform JCS in the USSR was probably Arsenal, a very popular band of the seventies (a forum posting dates it to 1974).

The first translations in Russian came later than in the West. Yngvar Steinholt writes that Maik Naumenko played the soundtrack of Jesus Christ Superstar to his grandmother, “he translated the lyrics for her and they discussed them endlessly” (Steinholt 2005: 68. It seems that the first attempt of translation in Russian of the famous rock-opera is lost… The first Russian theatrical version of the musical premiered in 1990, with Mossovet performing and Iaroslav Kesler’s translation. From the very beginning of the first song after the overture, where gospel beatitudes are placed, absent in the original, the spectator understands that Kesler approaches Webber and Rice’s rock-opera with considerable freedom. The apostles shouting at Jesus “No, you’re wrong! You’re very wrong!”, in the Russian version confessed a very “innovative” act of faith: “We love you! How much we love you! We believe in you! We believe in you so much!”. There are plenty of examples of such a scarce adherence to the original. Almost nothing is left of the “hippie-Jesus”. From a musical point of view, thanks to the musicians’ professionalism, Mossovet's JCS is a bit closer to the English one, though also in this regard there could have been more correspondence to the original: arbitrary insertions of musical fragments in different parts of the work violate the system of reprises, which is a constant trait of JCS (see Курий С., «Три рок-оперы»). In general, it’s difficult to not agree with Petr Tiulenev’s assessment: “Mossovet's staging of ‘Superstar’ is worse than the Western original from an artistic point of view and its spirit does not correspond to it at all” (

Since Kesler’s JCS is a rather free adaptation, the first real translation set to music was made by Viacheslav Ptitsyn. This weak, popish 1992 variant (in spite of the participation of rock heroes like Valerii Kipelov, playing the role of Simon Zealotes) is, due to its musical quality, worse than Mossovet one. On the other hand Ptitsyn’s translation is worthy of more attention. Sergei Minaev, who played the very difficult part of Judas, describes Ptitsyn’s work in his blog this way (12 years later): “The translation surprised me to such an extent, that I’ve been reading it for some days, not believing my eyes – the meaning and the metric are fully preserved (…): the translation was EQUIMETRIC, e.g. there was the same thing in Russian and in English”.

As a translator of poetic and musical texts I really admire the mastery of Ptitsyn, who managed to translate not only the metric, but also the rhymes of the original, while at the same time only slightly moving away from Rice’s text. In addition Ptitsyn avoided Russian translators’ custom of putting rhymes, where they do not exist in the original.

In spite of all the merits of such a translation, the reader feels a kind of estrangement from what is narrated in Pticyn’s work, a feeling that did not exist in the original: Webber and Rice’s aim, on the contrary, was to approach the public with a human figure of Jesus. I think that the “mistake” was made in selecting a very high style in the translation (full of archaic words and expressions), especially since it was a conscious decision, rather than due to linguistic features.

I cannot discuss Grigorii Kruzhkov and Marina Boroditskaia’s version, staged by St. Petersburg’s “Teatr Rok-opera”, since I have not had the possibility to hear it; judging by the text, the translation is more precise than Mossovet’s, but it preserves less of the original rhythmic structure.

It is worth mentioning that besides various not rhythmic, verbatim versions, another artistic translation exists, about which the author, Vadim Zhmud’, writes: “If wanted it can be sung according to the well-known motifs of the original. It is also possible not to”.

In addition to Minaev’s post and Kurii and Tiulenev’s articles (mentioned above) the fullest information on JCS in USSR and Russia can be found at, “the biggest portal about the rock-opera Jesus Christ Superstar on the web in the Russian language”.

Русский Джезус Крайст

Иисус Христос Суперзвезда (Jesus Christ Superstar) Э.Л. Веббера и Т. Райса, наверное самый популярный образец рок-оперы. Когда появился в начале 70-х, легендарный английский мюзикл оставил всюду величайшее впечатление. Он был экранизирован, поставлен в театрах всего мира, быстро переведен на иностранные языки: из первых были Шведский (1973) и испанский (1975); последними взялись за тяжелую работу итальянцы, выпустившие только в прошлом году первую версию на родном языке. Этой традиции воздали дань и русские, у которых существует не меньше пяти переводов, три из которых предназначены для сцены и/или для записи.
История восприятия Иисуса Христа Суперзвезды в Советском Союзе отличается от западной в первую очередь по чисто политическим причинам: в стране победившего коммунизма сам сюжет произведения (последние дни создателя христианской религии) никак не вписался в рамки официальной идеологии. В другой стороне железного занавеса практически не воспринималось полемическое отношение этой рок-оперы к официальному христианству (католическая церковь не одобрила Джезуса Крайста, хотя впоследствии произошла своего рода реабилитация); в СССР какое бы то не было отношение к религии понималось, как что-то «альтернативно». В СССР Иисус Христос Суперзвезда, таким образом, сталкивался с партийной идеологией по двум причинам: как рок-опера и как произведение связано с религией.
Советская рок-среда восторженно встретила рок-оперу, так за новаторскую музыку, как и за не конформистское содержание. Первая группа, исполняющая Крайста в СССР, был очень известный в 70-е годы «Арсенал» (в одном форуме датируется 1974 годом).

Первые переводы на русский пришли позже, чем на западе. И. Штейнголт пишет о том, как Михаил Науменко играл для бабушки звуковую дорожку Джезуса Крайста, «перевел стихи для нее и они обсуждали их бесконечно» (Steinholt 2005: 68). Оказывается, что первый опыт перевода на русский язык известной рок-оперы не сохранился.
Премьера первой русской театральной версии мюзикла состоялась в 1990-году, в исполнении Моссовета и в переводе Я. Кеслера. Уже сначала первой песни после «увертюра», где помещены нигде не фигурирующие в оригинале евангельские «блаженства», зрителю дается понимать, что Кеслер относился к рок-опере Веббера и Райса с немаленькой свободой. Апостолы, кричащим Крайсту «ты не прав, ты кругом не прав», исповедают в русском варианте очень «не вебберское» исповедание веры: «Мы тебя любим! / Как тебя любим! Мы в тебя верим! Так в тебя верим!». Примеров такой недостаточной приверженности к оригиналу - полно. От Христа-хиппи практически ничего не осталось. С музыкальной точки зрения, благодаря профессиональности музыкантов, моссоветовский Иисус Христос Суперзвезда уже ближе к английскому, хотя и в этом отношении потребовалось бы большее соответствие оригиналу: вставки музыкальных фрагментов в другие части произведения нарушают систему реприз, являющуюся постоянной чертой Джезуса Крайста (см. Курий С., «Три рок-оперы»). В общем трудно не соглашаться с оценкой П. Тюленева: «моссоветовская постановка ‘Суперзвезды’ сильно проигрывает западному оригиналу в художественном отношении и совсем не соответствует ему по духу» (

Так как Суперзвезда Кеслера является скорее вольным адаптированием, первый перевод положенный на музыку совершил В. Птицын. Слабоватый, полупопсовый вариант 1992-года (несмотря на участие такого важного рок-героя, как В. Кипелова, в роли Симона Зелота), по музыкальному качеству уступает моссоветовскому; зато перевод Птицына заслуживает большее внимание. В. Минаев, сыгравший сложнейшую партию Иуды, так в своем блоге описывает труд Птицына, 12 лет после записи: «Перевод настолько удивил, что несколько дней перечитывал, не веря глазам – смысл и ритмика сохранены полностью […]: перевод был ЭКВИМЕТРИЧЕСКИМ, т.е. по-русски и по-английски в одной и той же строчке говорилось об одном и том же».
Как переводчик поэтических и музыкальных текстов, я не могу не восхищаться мастерством Птицына, который сумел передать не только метрику, но также и рифмы оригинала, при том совсем немного отдаляясь от текста Райса. Переводчик в то же время избегал привычки русских переводчиков ставить рифмы, там где их нет в оригинале.
Вот пример из Сна Пилата (Pilate’s dream):

I dreamed I met a Galilean
A most amazing man
He had that look you very rarely find
The haunting hunted kind.

I asked him to say what had happened
How it all began
I asked again - he never said a word
As if he hadn't heard

Во сне меня Галилеянин
Нежданно посетил.
Подобное лицо бы мог иметь
Ловец, попавший в сеть.

Спросил я его, что случилось,
Как всё началось;
Опять спросил - он слова не сказал,
Как будто не слыхал.

Несмотря на все достоинства перевода, от чтения труда Птицына возникает какое-то чувство отчуждения от рассказанного, которого совсем не было в оригинале: цель Веббера и Райса заключалась, наоборот, в том чтобы приблизить к публике человеческий образ Христа. Думаю, что «ошибка» Птицына была в крайне высоком стиле им выбранном для перевода, переполненного устаревших слов и выражений, тем более, что это решение скорее сознательно, а не вынужденно какими-то языковыми особенностями.

О варианте Г. Кружкова и М. Бородицкой, поставленном Санкт-Петербургским «Театром Рок-опера», я не могу судить, поскольку я не имел возможности его послушать; судя по тексту, перевод точнее моссоветовского, но меньше соблюдает ритмическую структуру оригинала.

Стоит упомянуть, кроме разных неритмических, дословных переводов, еще один художественный перевод, о котором автор, В. Жмудь, пишет: «При желании это можно спеть на известные из первоисточника мотивы. Можно этого и не делать».

Кроме процитированных постов «Дедушки» и Минаева, и статьей Курия и Тюленева, наиполнейшую информацию об Иисусе Христе Суперзвезде в СССР и России можно найти в, «самый крупный портал о рок-опере Jesus Christ Superstar в русскоязычном инете».

No comments: